Актриса Шанина рассказала о последнем желании Броневого

фoтo: Сeргeй Ивaнoв

– Когда я узнала, что Леонид Сергеевич умер, то аж вздрогнула. Почему? Буквально накануне вечером я позвонила нашему театральному водителю Виталику: последнее время он всегда был при Броневом, ну буквально каждый шаг его контролировал – и в больнице, и до больницы. В общем звоню, спрашиваю: “Как там   Леонид Сергеевич?” А он мне: “Представляешь, мороженое попросил. Я погнал ребят, сейчас принесут”.

И я поняла, что это конец – такое простое детское желание. Вроде бы позади огромная сложная жизнь, со всеми нашими актёрскими амбициями, а тут – мороженое. Наш бывший директор перед смертью Экимян жареной картошечки попросил, Чехов – шампанское… А наш Леонид Сергеевич мороженого захотел.

К сожалению, я с ним не играла ни в одном спектакле, но всегда удивлялась тому, что не могла объяснить – как играл Леонид Сергеевич. Смотрю и не понимаю. Трудно подобрать слова к его органике, такой тихой, особенной.   В таких случаях    другой гениальный актёр Евгений Евстигнеев, когда его просили объяснить,   как рождается роль, он говорил:   “Ну это как желе/компот”. Но желе/компот всегда у таких артистов получался гениальным.

Надо сказать, что в театре Броневого побаивались – иногда непредсказуем был. Мог такую жесткую правду в глаза сказать, а тут как раз собирается в Ленкоме худсовет по поводу спектакля “Князь” Константина Богомолова. Спектакль совсем другой эстетики, не ленкомовской, о чем и говорят на худсовете. И представь себе, Броневой произносит: “А мне нравится”. Он, артист Эфроса и Захарова (он очень ценил Марка Анатольевича, любил его) поддержал такой авангардный спектакль.

Лучшее в “МК” – в короткой вечерней рассылке: подпишитесь на наш канал в Telegram

Комментирование и размещение ссылок запрещено.

Комментарии закрыты.